![Юля Баталина Юля Баталина](/media/5564533/yulya-batalina.png)
Ода странствию без конца
«Одиссея» в Театре-Театре — мудрость трёх тысячелетий за три часа
Чем ближе к Новому году, тем волшебнее театральные премьеры. В тюзовских «Господах Головлёвых» взошла Вифлеемская звезда и запели ангелы, балет рисует «Зимние грёзы», а в Театре-Театре рискнули перенести на сцену чудеса из странствий Одиссея.
Вместо имени автора в программке спектакля «Одиссея» значится «Поэма Гомера для семейного просмотра». Это не совсем справедливо по отношению к драматургу Ксении Гашевой, которая не просто сделала инсценировку поэмы Гомера, а создала совершенно новое литературное произведение, где чуть ли не каждая реплика многозначительна и так и стремится стать афоризмом. Говорить, что Гашева «всего лишь» инсценировала «Одиссею» — всё равно что сказать, что Сартр «всего лишь» инсценировал «Эдипа», а Ануй — «Антигону».
Текст, созданный Гашевой, очень многое даёт режиссёру спектакля. Собственно, основной смысл в этом тексте уже содержится: речь идёт о том, что «в действительности всё не так, как на самом деле» (Станислав Ежи Лец), а уж в литературной действительности — тем более. А что может быть литературнее, чем «Одиссея»?! За почти три тысячелетия, что прошли со времени создания поэмы Гомера, столько было написано по её мотивам! Один «Улисс» Джойса — целая Вселенная. А уж в поэзии!
В тексте пьесы зашифровано множество цитат. Шекспир, Гейне и Бунин, естественно, Мандельштам, конечно же, Бродский, Волошин, а также Збигнев Херберт, Олег Ладыженский и — на протяжении всего спектакля — поэма Владимира Луговского «Как человек плыл с Одиссеем». При этом текст пьесы не распадается на фрагменты, как какая-нибудь «литературная композиция», он крепок, целен и на удивление остроумен. Так, казалось бы, совсем не к месту помянутая строчка из детского стишка Агнии Барто «Уронила в речку мячик» — наилучшая характеристика героини, к которой она относится, — Навсикаи: сразу становится понятно, что девушка — сущий ребёнок. И мяч она в самом деле уронила, тут Гашева против Гомера не погрешила.
«Одиссею» в Перми поставил главный режиссёр Новосибирского театра «Глобус» Алексей Крикливый, который к этому литературному тезаурусу добавил собственных героев: на протяжении всего спектакля вполголоса, фоном звучат песни Леонида Фёдорова, в которых чувствуется и острое стремление домой (именно так — «Домой» — называется одна из песен), и тоска по ушедшему, и сознание того, что возвращение невозможно.
Главное в «Одиссее» — это странствия, а вовсе не возвращение домой. Именно о странствиях, о встречах с неведомым писали все эти поэты, драматурги и даже прозаики на протяжении трёх тысячелетий. Одиссея — это плавание не к какой-то цели; это путь, ценный сам по себе; это via est vita, дорога — жизнь; это странствование без конца. Пока поэты пишут, Одиссей плывёт! Вот почему на протяжении спектакля не раз звучит мысль: высадиться на берег — не значит вернуться домой. В финале спектакля, пока народ Итаки радуется свадьбе Телемаха и Навсикаи, Одиссей берёт рюкзачок и… видимо, отплывает. А как же иначе? Дело Одиссея — странствовать.
И ещё — рассказывать о своих странствиях! О сладкоголосых сиренах, свирепых циклопах и нимфах, обещающих бессмертие. А были ли они на самом деле? Или на самом деле сирены давно уже не поют, а молча тоскуют по ушедшим на войну героям, и морякам самим приходится петь, чтобы немного их утешить?
А циклоп… Нет, о циклопе лучше не будем — достаточно спойлеров! Тем более что Алексей Крикливый на сей раз подправил пьесу и придумал собственный эпизод, радикально отличающийся и от того, что сочинил Одиссей для своих слушателей, и от того, что предложила Ксения Гашева.
А как Одиссей истребил женихов Пенелопы? И истребил ли вообще? Может, навоевавшемуся и настранствовавшемуся царю опротивели убийства? Какая разница! Поэт так спел — значит, всё правда! Правда поэзии выше правды жизни.
Зрителю придётся смириться с тем, что всё привычное станет в этом спектакле своей противоположностью. Это касается не только событий, но и героев, и актёров, их играющих. Прекрасная Елена превращается в комический персонаж, как и её муж — царь-герой Менелай, который оказывается благодушным толстячком, вовсе не рвущимся на подвиги (Сергей Семериков играет в спектакле не только эту роль, но и ещё пару-тройку, как и многие другие актёры). Одиссею помогут вернуть дом и жену «не бог, не царь и не герой», а свинопас, поэт и няня-кормилица, потому что, как сказано в пьесе, «слухи, песни и вещие сны — великая сила».
Кормилицу Эвриклею Алексей Крикливый сделал грузинкой (в самом деле, если у Ясона жена была из Колхиды, то почему няньке Одиссея не быть оттуда же?), а играет её круглолицая кровь с молоком блондинка Анна Сырчикова, которая в этой роли буквально купается: акцент, походка, даже тембр голоса меняется! Если кому интересно, что такое актёрское перевоплощение, — сходите и посмотрите.
Актрис в спектакле всего четыре, каждая достойна добрых слов. Та же Сырчикова играет и нимфу Калипсо, и смешную Елену Прекрасную. Ирина Мальцева — Навсикая — заодно ещё и одна из сирен, а Екатерина Романова — Цирцея — вторая сирена. Лишь у номинантки «Золотой маски» Марии Полыгаловой всего одна роль, зато она Пенелопа.
От актёров требуется умение не впадать в эпический пафос, что непросто, если часть текста произносится гекзаметром, а поэт Фемий (Алексей Каракулов) вообще время от времени переходит на греческий. Противоположная крайность — пародия — тоже исключается, ведь, несмотря на всю иронию, заключённую в пьесе, речь идёт об очень важных вещах. Актёрам удаётся пройти между этими Сциллой и Харибдой и остаться живыми — во всех смыслах.
Что же касается роли Одиссея, то здесь притаился главный сюрприз. Ксения Гашева на вопрос, как она отнеслась к назначению Михаила Орлова на главную роль, скромно ответила: «Я привыкла». В самом деле, с виду он никакой не герой. Но ведь и Одиссей, неузнанным высадившийся на родной берег, с виду никакой не герой, а измотанный бродяга-нищий, который на вопрос «Кто ты?» отвечает: «Никто». Орлов — идеальный исполнитель роли «Никто» — невысокий и невидный, с неистребимым пермским акцентом и назойливо лезущей лысиной. При этом он обладает бешеным актёрским темпераментом и буквально силой заставляет зрителей поверить в себя!
Чувствуя этот драйв, самые разные режиссёры из разных городов и стран дают ему роли, которые, казалось бы, совсем его внешнему виду не соответствуют: он и Винсент Вега в «Тарантино-Shake», и кавказский джигит в «Чужом ребёнке». Теперь он Одиссей, и роль эта даётся ему очень тяжело. Говорят, первые два спектакля он вытащил буквально на одном дыхании, жилы рвал, что твой Высоцкий, а на третьем спектакле немного сник, кое-где уже проговаривал текст. Сложно его винить: «Одиссея» идёт три с половиной часа, текста очень много, это даже физически тяжело.
Как все «вечные» сюжеты, «Одиссея» каждому автору, берущемуся за её интерпретацию, даёт возможность сказать что-то очень важное. Сейчас этой возможностью сполна воспользовались Ксения Гашева и Алексей Крикливый. А заодно напомнили, что в песнях — огромная сила и что Navigare necesse est, vivere nоn est necesse.
Подпишитесь на наш Telegram-канал и будьте в курсе главных новостей.